Мистер Голдштейн шел по улице с двумя внуками. Шедший навстречу знакомый спросил, сколько лет мальчикам.
— Врачу — пять, а юристу — семь, — ответил мистер Голдштейн.
Есть ли цель у человеческой жизни?
Аристотель полагал, что да. Он считал, что цель человека — достичь счастья, хотя другие философы на протяжении всей человеческой истории оспаривали это утверждение. Семью столетиями позже святой Августин заявлял, что цель человеческой жизни — возлюбить Бога. Если же верить экзистенциалистам XX столетия, к примеру, Мартину Хайдеггеру, цель человека — жить, не отрицая истинной человеческой природы, в особенности — смерти. Счастье? Как мелко!
Анекдоты о смысле жизни множились наперегонки со смыслами, которых, в свою очередь, оказывалось тем больше, чем больше становилось философов.
Один человек, искавший смысл жизни, проведал, что самый мудрый гуру во всей Индии живет на вершине самой высокой индийской горы. Он шел через города и холмы и в конце концов добрался до знаменитой горы. Склоны ее были чрезвычайно круты, он не один раз срывался и падал. Когда он достиг вершины, то весь был покрыт синяками и ссадинами. И вот, наконец, он увидел гуру, сидевшего, скрестив ноги, на пороге собственной пещеры.
— О, мудрый гуру! — воскликнул путник. — Я пришел, чтобы узнать у тебя тайну бытия.
— Ах, да, тайна бытия, — произнес гуру. — Тайна бытия — чайная чашка.
— Чайная чашка?! Я проделал весь этот путь сюда, чтобы узнать смысл жизни, а вы говорите мне, что это — чайная чашка!
— А может, и не чайная чашка, — пожал плечами гуру.
Таким образом, гуру признал, что формулировать смысл жизни — дело скользкое. И не каждому дано наполнить эту чашку чаем.
Есть разница между смыслом жизни — тем, что предназначено людям, — и целями, которые ставит перед собой каждый индивидуум. Как вы думаете, Сэм — дантист из следующего анекдота — действительно ищет универсальный смысл бытия или просто решает личные проблемы? По крайней мере, его матушка точно имеет свои собственные соображения насчет смысла его жизни.
Сэм Липшиц, дантист из Филадельфии, отправился в Индию в поисках смысла жизни. За несколько месяцев его мать не получила от него ни единой весточки.
В конце концов она сама полетела в Индию и спросила, где там живет главный мудрец. Ее отправили в ашрам — монастырь, где жил мудрый гуру. Там охрана сказала ей, что увидеться с мудрецом она сможет лишь через неделю, причем во время аудиенции ей разрешат сказать лишь три слова. Она ждала, тщательно готовила слова. Когда ее наконец впустили к отшельнику, она сказала:
— Сэм, возвращайся домой!
Посмотрев в словаре значение слова «метафизика», вы узнаете, что оно происходит от названия одного из сборников трактатов Аристотеля и что данный раздел философии занимается абстрактными вопросами, лежащими вне сферы научных наблюдений (часть слова «мета-» происходит от греческого слова, означающего «после» или «за»). Однако, как выясняется, в этом случае имел место казус, называемый на латыни post hoc hokum, или «позднейшая уловка». В реальности Аристотель не давал своему трактату название «Метафизика», да и название это не имеет никакой связи с тем, что обсуждаемые в трактате вопросы находятся за пределами научного свода знаний. На самом деле название было дано в I веке редактором сборника работ Аристотеля, и связано оно было с тем, что в сборнике данный трактат шел после — или «за» — трактатом «Физика».
Эссенциализм
Какова структура реальности? Какие характерные признаки делают вещи такими, каковы они есть? Или, как обычно выражаются философы, какие характерные признаки делают вещи тем, чем они не являются?
Аристотель проводил различия между сущностными и акцидентными, или случайными свойствами вещей. По его мнению, сущностные свойства — те, без которых вещь не могла бы быть такой, какова она в действительности, а случайные — те, что определяют, как эта вещь будет существовать, но не что она есть. К примеру, Аристотель считал способность мыслить сущностной чертой человеческой особи. Следовательно, если Сократ — человек, значит, способность мыслить — его неотъемлемое свойство, позволяющее ему быть Сократом. Не обладая мышлением, Сократ попросту не был бы Сократом. Он не был бы даже человеком — как, в таком случае, он мог бы оставаться Сократом? С другой стороны, по мнению Аристотеля, то, что Сократ был курнос, относилось к его акцидентным свойствам. Курносость определяла то, как будет проявлять себя Сократ, но не имела отношения к тому, кем он являлся. Другими словами, отними у Сократа мышление — и он больше не будет Сократом, тогда как если бы он прибег к услугам пластических хирургов, то остался бы Сократом, подвергшимся косметической операции на носу. Это напомнило нам следующий анекдот.
Когда Томпсону исполнилось 70, он решил полностью изменить образ жизни, чтобы прожить подольше. Он сел на строгую диету, стал совершать пробежки, плавать и принимать солнечные ванны. За три месяца он похудел на 30 фунтов, его талия стала уже на шесть дюймов, а грудь, напротив, раздалась. Стройный, гибкий и загорелый, он решил завершить создание нового облика новой спортивной стрижкой. Когда он вышел из парикмахерской, его сбил автобус. Умирая, он возопил:
— Господи, как ты мог так поступить со мной?
И тут он услышал голос откуда-то сверху:
— Честно говоря, Томпсон, я тебя не узнал.
Итак, бедняга Томпсон изменил некоторые свои акцидентные свойства, хотя мы понимаем, что по сути он остался все тем же Томпсоном. Сам Томпсон также не сомневался в этом. Оба этих условия для анекдота важны. Шутка в том, что единственным, не узнавшим его, оказался Господь Бог, которому, по идее, полагается быть всеведущим.
Различия между сущностными и случайными свойствами можно проиллюстрировать целым рядом сходных анекдотов.
Эйб: Сол, я хочу загадать тебе загадку. Что это — зеленое, висит на стенке и свистит?
Сол: Сдаюсь.
Эйб: Селедка.
Сол: Но селедка не зеленая.
Эйб: Но ее же можно покрасить в зеленый цвет!
Сол: Селедка не висит на стенке!
Эйб: Надень ее на гвоздь — будет висеть.
Сол: Но селедка не свистит!
Эйб: Правда? Значит, она висит и не свистит.
Следующая версия этого анекдота, возможно, не годится для комедийного шоу, однако на ежегодном заседании Американской философской ассоциации она, несомненно, позволит вам заработать несколько дополнительных очков.
Эйб: Сол, скажи, какой объект обладает следующими свойствами: зеленый цвет, расположение на стене в висячем положении и способность свистеть?
Сол: Мне не приходит в голову ничего, что удовлетворяло бы описанным условиям.
Эйб: Это селедка.
Сол: Но зеленый цвет не является свойством селедки.
Эйб: Сущностным свойством — безусловно, не является. Однако она может случайным образом обрести зеленый цвет, который в результате станет ее свойством, ведь так? Попробуй ее покрасить, и ты в этом убедишься!
Сол: Однако селедка не обладает свойством располагаться на стене в висячем положении.
Эйб: А что, если ты случайно прибьешь ее к стене?
Сол: Как можно случайно прибить к стене селедку?
Эйб: Поверь мне, все возможно. Это же философия.
Сол: Хорошо, но селедка не может свистеть, даже случайно.
Эйб: Хорошо, тогда подай на меня в суд.
Сол и Эйб поворачиваются к сидящим в зале членам Американской философской ассоциации. В аудитории царит гробовое молчание.
Сол: Эй, это что, съезд стоиков? Да Ницше больше улыбался, когда нападал на католическую церковь!
Иногда объект может обладать свойствами, которые на первый взгляд кажутся случайными, однако на самом деле оказываются такими лишь до определенной степени. Это иллюстрирует следующая шутка.
Почему слон — большой, серый и морщинистый?
Потому что, если бы он был маленьким, белым и круглым, — это был бы аспирин!
Мы можем изобразить слона небольшого размера — и назовем его «маленьким слоном». Мы можем изобразить и тускло-коричневого слона, назвав его «слоном тускло-коричневого цвета». Слон, у которого нет складок на шкуре, будет назван «гладким слоном». Иными словами, такие свойства, как величина, серый цвет и морщинистость не удовлетворяют требованиям Аристотеля, определяющим, что именно является сущностью слона. Вместо этого они описывают проявления слона — как общие, так и случайные. Тем не менее из анекдота следует, что это справедливо лишь до некоторой степени. Нечто маленькое, белое и круглое, вроде аспирина, не может быть слоном, и если мы столкнемся с подобным объектом, нам не придет в голову спрашивать: «Боб, что это ты отправил в рот — аспирин или слона-мутанта?»
